Главная » Общество » Весеннее обострение

63662_1200xПроисходит то, о чем говорить не принято, а писать можно только осторожно и с рекомендациями Роскомнадзора. Но даже если совсем зарыть голову в песок, это не исчезнет… С начала года в Сысертском районе, по данным следственного комитета, произошло 16 попыток  самоубийства, 5 – с летальным исходом.

Статистика по области пока есть только за январь – 48 случаев против 43 в январе 2017 года. 13,1 случаев добровольного ухода из жизни на 100 тысяч населения – говорят цифры в отчете Свердловскстата. В межсезонье, осенью и весной, количество суицидов увеличивается.

Каждый случай – это трагедия для родных и близких, и событие из ряда вон – для друзей, коллег и знакомых. Оставившее после себя вопросы – почему, ведь можно было увидеть, услышать, почувствовать, предотвратить… А можно ли? Об этом мы поговорили со специалистами, психологом центра социального обслуживания населения Людмилой Валерьевной Бекуриной и практикующим психотерапевтом Аллой Владимировной Орловой (Екатеринбург).

Людмила Валерьевна Бекурина:

– В нашей культуре, в нашем современном обществе, когда психика не справляется с какой-либо критической ситуацией, обращаться за помощью не принято. Это считается чем-то постыдным, это осуждаемо. Хотя в Европе и на Западе поход к психотерапевту или психологу является столь же обыденным явлением, как обращение к стоматологу или любому другому специалисту. И если в Екатеринбурге психологическую помощь можно получить в тех же платных медицинских центрах, то в Сысерти практикующих психологов для взрослых просто нет. Людям некуда обратиться. Пожалуйста, обращайтесь и в наш центр, мы готовы помочь, не только детям, но и взрослым. Не обращаются. Потому что зачастую думают, что справятся сами.

Культуру и общество быстро не изменить, стереотипы в одночасье не сломать. Единственное, что мы можем сделать – быть предельно внимательными к своим близким и в первую очередь – к детям. Все мы родом из детства, и наши психологические проблемы тоже. Кроме того, выросло число именно подростковых суицидов, по этому показателю Россия обогнала другие европейские страны. Почему так происходит? Есть ряд факторов, которые могут привести к таким последствиям.

Первое – дети сегодня другие и их нельзя сравнивать с собой в их возрасте. Дети, рожденные после 2000 года, кардинально отличаются от предыдущего поколения, они растут в другом мире. Экология, магнитные поля, использование современных технологий, гаджеты, переизбыток информации – на них влияет то, чего не было в наше время. В итоге, у детей наблюдается более позднее созревание мозга, в среднем – к 16-21 году, а у детей индиго – к 23-27 годам. Когда мы смотрим на наших детей, подростков – они физически крепкие, интеллектуально развиты. Их сексуальное развитие опережает развитие предыдущего поколения на 2 года. А вот самостоятельность и ответственность развиваются на 2 года позже. И когда мы от них в 14 лет ждем самостоятельности и ответственности – они нас не понимают.

Встречается все больше неврологических проблем, на которые родители часто не обращают внимание. Ребенок может быть гиперактивен, у него могут наблюдаться проблемы с речью, с общением. Поэтому первая рекомендация родителям, которые приходят ко мне – провести диагностику. Консультация у невропатолога, диагностика поможет выявить мозговые дисфункции, покажет, задет ли речевой центр или лимбическая система – все то, что в дальнейшем в мягкой или в тяжелой форме может сказаться на поведении ребенка. Наблюдение у невролога поможет скорректировать поведение, что значительно облегчит жизнь ребенка и родителей в будущем.

«Проблемных» подростков проглядели в детстве

– Важно разглядеть проблемы на начальном этапе, чем раньше, тем лучше. Если ребенок не говорит в 2,5-3 года, не думайте, что он «израстется» и вдруг заговорит, как правило проблемы с речью будут и в 5 лет, а в 7 лет у него уже трудности в обучении. И дальше – как нарастающий ком: проблемы в общении со сверстниками, с учителями, родителями, он может замкнуться в себе или наоборот – выражать протест в агрессивной форме. Может совершить что-то «назло». У таких детей часто отсутствует чувство страха. И чем старше «проблемный» ребенок, тем сложнее повлиять на ситуацию, наладить контакт. Поэтому детям надо уделять больше внимания. Не первые два-три года, а всегда, постепенно расширяя зону ответственности, учиться договариваться. И, конечно, проводить с ними время. Не сажать перед телевизором с мультфильмами, а заниматься, увлекать. Кстати, чем больше у ребенка хобби и увлечений, тем менее он склонен к суицидальному поведению. То же самое, кстати, можно сказать и о взрослых.

Нехватка внимания – острая социальна проблема. В погоне за карьерой, за деньгами мы все меньше уделяем время ребенку. Реже его хвалим, радуемся успехам, сопереживаем. Детям нужна безусловная любовь. Мы можем критиковать и давать оценки его поступкам, но никак не ему самому. Он должен знать, что его любят и всегда поддержат. Даже когда он самовыражается, перекрашивая волосы в синий или розовый цвет – надо относиться к этому по-взрослому, спокойно: всему свое время. Время для экспериментов тоже должно быть, и лучше это будет в 13-14 лет, чем, когда он уедет в институт и связь с родителем будет не такой прочной.

При этом часто родители мне говорят: мы с моей дочерью – подружки, или мы с сыном – лучшие друзья. Это не совсем верный подход. В отношениях взрослый-ребенок у каждого – своя роль, и авторитет взрослого должен быть безусловным.

Бить тревогу надо, когда:

— в лексиконе ребенка появляются новые слова, вроде «выпиливаться», «самовыпил», «оффнуться»;

— если в рисунках, фото в соцесетях появляется символика в виде кита или бабочки

— даже незначительные порезы на руках, ногах;

— появление новых, неизвестных кумиров, использование шифра (цифр или комбинаций символов).

— резкая смена настроения, поведения, нехарактерные символичные рисунки (кресты, ножи), использование красно-черной цветовой гаммы.

Все – из семьи

– Роль семьи переоценить нельзя. Никакие психологи не помогут, если ребенок живет в постоянном стрессе, если ребенок «загружен» ожиданиями и требованиями родителей. Он может устать соответствовать образу «хорошего» ребенка, отличника. Он может испытывать стресс от конфликтов в семье, чувствовать себя ненужным. По статистике, только 10% детей действительно хотят покончить жизнь самоубийством, в 90% – это крик о помощи. В группе риска в первую очередь ранимые, впечатлительные, чувствительные дети, со слабой нервной системой, дети из неблагополучных семей. Но при этом и в совершенно благополучных с виду семьях случаются трагедии. На фоне несчастной первой любви, например. Поэтому единого шаблона нет. Есть влияющие факторы и меры профилактики, основная из которых – безусловная любовь к ребенку.  Особенно, когда он колючий и вредный, в его 11-13-15 лет, потому что когда ему будет 25, то любовь не так уже и необходима. Любовь должна быть сейчас. И со стороны папы, конечно же. Роль матери – оберегать, роль отца – создавать трудности, выводить из зоны комфорта. Иначе ребенку тяжело научиться справляться с жизненными ситуациями, а это, возможно, скажется и на его успешности во взрослом возрасте.

Алла Владимировна Орлова, психотерапевт:

– Суицидальному проявлению предшествуют установки из детства. Влияние оказывает и окружение и, в первую очередь – родители, которые воспитывают ребенка в системе неопровержимых истин. Например, «мужчины не плачут», «нужно быть сильным», «позитивно смотреть на жизнь» и так далее. Это чужой, не ассимилированный, не «переваренный» человеком опыт. Второе: негативные эмоции социумом отрицаются: «не плачь», «не грусти», «не будь тряпкой», «ты все выдумываешь», «возьми уже себя в руки». Люди стараются не видеть того, что происходит с человеком рядом, если происходящее именно с негативным подтекстом, оградить себя от общения с таким человеком. И третье, тема смерти и суицида табуирована обществом. Ее не принято обсуждать. А сейчас действительно идет рост депрессивных расстройств, и это на фоне всех запретов и непринятий может привести к трагедии.

В основе суицида, как действия, лежит чувство стыда или вины. Непереносимые настолько, что человек хочет отключить сознание, выключить эту боль. И тут мужчины сдаются чаще, примерно в 4 случаях из 5. Их психика устроена так, что переносить длительную, ноющую боль они не в состоянии. Женщины в силу своей роли в природе более приспособлены терпеть боль.

Что делать? Внимательнее относиться к чувствам близких, но это и так понятно. Оставаться в контакте. Не пытаться переключить человека на что-то другое, очень важно принять его состояние, поддержать и пережить ситуацию вместе с ним. Нельзя обесценивать состояние человека словами «возьми себя в руки», «подумай о детях/родителях», так как это усугубляет чувство вины и повышают риск суицида.

Что делать, если мысли о добровольном уходе появились у вас?  Тут важно принять следующее: импульс жизни и смерти есть у всех. Но! Импульс жизни, может активизироваться только через контакт, так уж мы устроены. Поэтому нужно говорить с людьми, которым доверяешь, о своих чувствах и переживаниях. Нет близких – идти к специалистам, психотерапевтам, психологам, горячая линия, всё что угодно. Главное, не оставаться одному. Не надо пытаться справится самому, потому что скорее всего не получится. Постарайтесь принять свое состояние как любой другой физический недуг, когда вы понимаете, что если что-то болит, то надо обратиться к врачу.

Подготовила Татьяна Кремлева.

 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal

Комментариев пока нет... Будьте первым!

Оставить комментарий

Мы не допускаем к публикации сообщения, противоречащие законодательству РФ, а также рекламу. Сообщения агрессивного характера, содержащие угрозы, оскорбления и брань, будут редактироваться.

Система Orphus