Из своего опыта я знаю, что многие священники, служащие на приходе, во время каждого поста или непосредственно перед ним, «страдают» от докучливых вопросов прихожан, о том, как поститься, что есть, что не есть, когда можно масло, когда рыбу, когда нельзя ни того, ни другого, сколько раз в день и в какое время есть и т. д. и т. п.
И невольно возникает такое впечатление, что православный пост есть такая необыкновенно сложная и изощренная диета, которая не приснится ни одному специалисту-диетологу.
Да, к сожалению, очень и очень часто для постящихся время поста становится временем скрупулезного исследования надписей на упаковках пищевых продуктов: есть ли в составе молоко, яйца и т. п., пусть в ничтожных количествах, но их наличие даже на уровне 0,001% уже делает продукт негодным к употреблению.
Может то, что я пишу, кому-то покажется насмешкой над христианским воздержанием и благочестием, но описанное – лишь самая безобидная степень постовых суеверий. Например, бытует мнение, что в пост нельзя есть ничего вкусного, сладкого, соленого, приправленного, ничего, что могло бы доставлять приятные вкусовые ощущения, т. к. это уже страшный грех гортанобесия.
Бывают случаи откровенного постового искажения, когда не в меру постящийся доводит себя как минимум до голодного головокружений, потому что не позволяет себе сделать до захода солнца даже глотка воды.
Я лично узнал одну «великую постницу», которая надкусив булочку и проглотив кусочек, обнаружила в булочке крем. Она тут же кинулась в санузел, чтобы при помощи известного способа извлечь назад из организма «небогоугодное». Таким образом, пост очень часто сводится для нас к изучению содержимого собственной тарелки. Конечно же, нельзя говорить, что пост в пище есть что-то маловажное и третьестепенное. О важности и пользе постового воздержания в пище пишут все святые отцы, и каждый нелицемерно постящийся знает, как они правы. Речь о другом. О том, что происходит однобокое, чисто гастрономическое понимание поста без нравственной и духовной основы, которая есть покаяние, Евхаристия и рождающееся от них смирение. Пост без смирения превращается в свою противоположность. Всем известно, что злой и голодный человек это гораздо хуже, чем просто злой. И тут сам собой вспоминается один литературный анекдот: убили разбойники ночью на дороге мужика, обыскали труп, денег не нашли. Нашли котомочку, а в ней хлеб и сало. Хлеб забрали, а сало не тронули, потому что был Великий пост.
Тем не менее пост необходим. И как все в Церкви, пост регламентирован уставом.
Еще нужно отметить, что пост строго по уставу рассчитан на здорового человека и, само собой, неприменим к больным, старикам, детям, беременным и кормящим женщинам или людям, занимающимся тяжелым физическим трудом. В такой ситуации устав уступает место объективным человеческим нуждам. И нет ничего антиправославного, что крестьянам, работающим весной в поле вовремя поста, разрешаются молочные продукты, а учащимся (даже семинаристам) рыба, потому что устав этот не с неба упал. Его писали люди.
Постясь телесно, нельзя забывать, ради чего мы постимся, какой цели служит это церковное средство. Пост – это подвиг нашего церковного единства, и не только единства наших убеждений, а прежде всего проявления единства евхаристического, без которого пост превращается просто в пустую внешнюю форму.
Мы необыкновенно много теряем, видя в посте только диету, которая предшествует обильному пасхальному столу. Пост – это напоминание о том, как мы зависимы от материального мира, от сытости и как мы в этой зависимости перестаем быть рабами Христа. Пост напоминает нам об утраченном Небесном отечестве.
Суть поста не в посте, а в исцелении, спасении и обожении человеческой природы, даруемой нам через Причастие.
Поэтому православный пост, как и вообще христианская жизнь, должен свидетельствовать о том, что христианин живет для того, ради чего не страшно умереть.