Моя мама – Федосья Ивановна Иванова до войны жила в Брянской области. Она рассказывала, как создавался их колхоз, как крестьяне впервые увидели электричество, трактора, машины, как первый раз услышали радио. Кулаки сопротивлялись новой жизни, травили скот в колхозе, поджигали посевы, убивали активистов, врачей и учителей. Но постепенно жизнь налаживалась. В их деревне построили двухэтажную школу и больницу. У колхоза были больше доходы, и в конце года колхозники получали на трудодни зерно и скот, для них строились и дома.
За месяц до войны в селах и деревнях завыли собаки, в лесах – волки. Страшно было. Немцы пришли в их район в октябре 1941 года. Бой за деревню шел двое суток. Женщины и дети спрятались в овощехранилище. И не смогли выйти оттуда. На их родной земле хозяйничали оккупанты. В овощехранилище нашим пришлось просидеть две недели – немцы давали им немного воды и почти не кормили. Несколько человек тут и умерли. Потом всех погнали в село Клинцы, куда уже были согнаны мирные жители из других деревень. По дороге в овраге расстреляли детей в возрасте до 12 лет и стариков. В деревне сожгли почти все дома, а скот забрали.
Три недели жили в Клинцах, ютились в церкви. Пленных становилось все больше. Стояли морозы, и люди умирали от болезней и голода. В конце ноября немцы погнали всех в Брянск. 100 километров ослабленные люди прошли за пять дней. Тех, кто идти не мог, убивали. Обочины дорог были усеяны телами погибших. Деревни, встречавшиеся на пути – сожжены.
В Брянске их ждал концлагерь, где рядом с мирными жителями находились и пленные военнослужащие, на которых страшно было смотреть. Их немцы совсем не кормили. Жили в неотапливаемых деревянных бараках. Много наших солдат умерло здесь от холода, голода и болезней. Зверствовали и полицаи – били пленных палками, издевались над ними, как могли, и стреляли в людей.
В декабре 1941-го наши солдаты подняли восстание – безоружные бросились на вышки с пулеметчиками и автоматчиками. Многие были убиты, но часть красноармейцев ушла к партизанам. Моя мама тоже пыталась бежать, но была ранета в руку и плечо.
После этого восстания немцы стали немного получше обращаться с пленными. Кстати, среди немцев попадали и такие, которые, рискуя жизнью, оказывали помощь пленным. Их зверски убивали или травили собаками свои же.
В 1943 году, когда фронт подходил к Брянску, немцы отправили всех пленных в Германию. Везли в товарных вагонах, и через щели пленные видели сожженные села и города, заросшие бурьяном поля. В вагоне, где находилась и моя мама, пленные проломили пол и убежали. Их приютили в белорусском Молодечено, но во время одной из облав, которую немцы проводили вместе с полицаями, маму и десятки таких же беглецов снова поймали. Немцы согнали вместе беглецов и мирных жителей, среди которых были и дети, и расстреляли их во рву. Мама при первых выстрелах упала на землю и лежала, не подавая признаков жизни и слушая, как добивают раненых. Но уйти ей не удалось. Маму снова задержали полицаи и отправили вместе с сотнями других в Германию. Она за время войны находилась в нескольких лагерях и в том числе в Бухенвальде и Освенциме.
После освобождения концлагеря советскими войсками мама полгода лечилась в госпиталях и больницах. Осенью 1945-го вернулась домой. Из двух тысяч жителей их деревни из плена вернулись только около ста человек. Никого из них не только не посадили, женщин, стариков и детей и не вызывали никуда. Военнослужащих, побывавших в плену, вызывали в райцентр Жуковку, но не посадили ни одного. Вскоре задержали пятерых полицаев, которые были в Брянске надзирателями. Суд приговорил их к расстрелу.
Ох как трудно пришлось все восстанавливать. Дома были уничтожены огнем. Поля заросли бурьяном и лесом. И на них было очень много неразорвавшихся боеприпасов – люди погибали и после войны.
Первый год жили в землянках. Государство помогало по возможности. Каждой семье дали бесплатно по корове, выделяли лес на строительство домов. Продукты и одежду давали бесплатно до весны. А весной 46-го в колхоз пришли трактора и машины. Всюду были слышны стук топоров, пил – строились дома, фермы, школа, больница, библиотека. Возвращались со службы солдаты. Жизнь снова забила ключом. Люди старались помогать друг другу, у всех была одна беда и одни праздники.
В 1947 году мама вышла замуж. А в 1953-м ее муж вместе с трехлетним сыном взорвались в поле. После этого мама уехала в Свердловскую область.