Ветераны отстояли лиственницы

Тысячи водителей, въезжающих в Сысерть со стороны Челябинска по старому тракту, проезжают мимо двух лиственниц, растущих прямо на обочине возле Воробьевского прудика.

По правилам строительства и эксплуатации дорог, на обочине никакой растительности быть не положено. Я много раз проходил мимо, но не придавал значения и не задумывался, почему они тут остались.

Узнал совершенно случайно. Было это в 80-х годах. Закончив практические занятия со студентами, заполнял журнал. В класс зашел пенсионер, бывший завуч училища ТУ-5 Александр Евстаферович Комлев.

Он часто подолгу наблюдал, как студенты работают с трубами, громадными ключами и ловко управляются с элеватором. Когда занятия заканчивались, мы, иногда устроившись на лавочке, вели с ним интереснейшие беседы. На этот раз разговор зашел о материале доски, из которой постелили на буровой новый пол. Оба пришли к выводу, что пол из лиственницы был бы намного практичнее и долговечнее в таком помещении, чем сосновый. Я рассказал ему историю про удивительное отношение к лиственнице на Алтае. Вспомнил, что мы, геологи, работая в глухой тайге за сотни верст от цивилизации, не имели права рубить лиственницу, даже если она встречалась при прокладке опорного геофизического профиля. Работы задерживались – нам приходилось делать обход, проводя при этом кучу дополнительных измерений и манипуляций с теодолитом. Он посмеивался и поддакивал, ему это было близко и знакомо. По профессии Комлев был лесным инженером, а в училище преподавал геодезию. Тут он и поведал местную историю про две лиственницы возле училища на дороге.

В какое время происходили эти события, точно назвать не могу, но связаны они были с реконструкцией челябинского тракта – тогда его расширяли. Дорога была единственной и проходила как раз вокруг училища, которое в те времена городом не считалось, находилось в лесу за городом. Дорожники разметили на местности контуры будущей дороги и отметили деревья, которые подлежали вырубке.

Директор училища Александр Андреевич Аземша наметанным глазом лесного инженера сразу озадачился. Аземша и Комлев были страстными охотниками, рыболовами, любителями леса и природы вообще. Оба не одно утро простояли у этих лиственниц, любуясь глухарями, которые неизменно начинали утренний моцион именно с этих деревьев. Позволить допустить вырубку лиственниц, не часто встречающихся в сысертских лесах, они, конечно, не могли допустить.

Первая попытка поправить дорожников окончилась, по их выражениям, полным отлупом. Неудача их не обескуражила – пошли к дорожному начальству повыше. Там разговор был суровее, и тон, по их воспоминаниям, покруче, чем они сами разговаривали с провинившимися учащимися. Выражения «проект», «саботаж» и «пятилетний план» – были самыми лаконичными.

По воспоминаниям Комлева, он уже был готов отказаться от первоначальных намерений, но Александр Андреевич решил идти до победного конца. Защитники лиственниц отправились в райком партии. Оба были коммунистами, участниками и инвалидами войны. К тому же Аземша имел внушительный иконостас из наград на груди, венчал который орден Александра Невского, кроме того, к тому времени Александр Андреевич был уже известным писателем, рассказы и повести которого печатали союзные издания. В общем, о подробностях своего похода в райком они были не многословны, но с блеском в глазах показывали на два дерева, которые дорожники не тронули.

Прошло с того времени примерно полвека. Ветеранов, спасших лиственницы от топора, увы, нет уже с нами, а деревья пережили своих спасителей. Правда, одна лиственница все же не выдержала транспортного натиска и, получив значительные повреждения, засохла. Вторая, хотя и замедлилась с ростом, но еще живет.

Алексей Минин, апрель 2018