Время каникул – чем не шанс сменить профессию? Пожонглировать социальными ролями, так сказать. Вроде заманчиво и поэтому уже решено – становлюсь продавцом. На две недели.
10:00 – 13:00
– Ну и погодка! В такие морозы собаку из дома не выпустишь, а жена меня за подгузниками отправила… – сетует наш первый покупатель и жарко дышит на замерзшие пальцы.
Уверенно веду бедолагу к нужной полке.
– Вам какие нужны? – спрашиваю.
– Понятия не имею… – отвечает мужчина.
«Сегодня день будет сумасшедшим, – думаю я. – Впрочем, как и всегда».
– Скажите, чем эти от этих отличаются, а? – беспомощно спрашивает покупатель, держа в руках пестрые упаковки с подгузниками. – Вроде бы одинаковые – цена разная!
– Хм… – глубокомысленно выдаю я. С минуту мы философски смотрим на товар, после чего мужчина, прижимая к груди одну из пачек, говорит: «Ну, не мне же их носить!» – и, радостный, идет на кассу.
Облегченно вздыхаю. Но не тут-то было. Тихо открылась-закрылась дверь – в зал медленно вошел еще один покупатель. Пахнуло алкоголем. Это в десять-то утра! Мужчина озирается по сторонам, наконец, взглядом находит искомое – полки с красками для волос. Пошатываясь, подходит к многочисленным коробочкам. За несколько дней работы я так и не научилась разбираться с красками, оттенками и оксигенами, но разум выдает крамольную истину: все приходит с опытом.
Подхожу к покупателю:
– Помочь?
Молчание. Потом короткий ответ:
– Нужна краска.
«Да ну?» – едва не сорвалось с языка. Но профессиональная вежливость, конечно, берет верх:
– Цвет какой?
– Рыжий! – на удивление уверенно говорит мужчина. Протягиваю коробочку.
– Такой? – спрашиваю.
– Ну. это же рыжий!
– Верно, – говорю. – Какой вы и просили.
– Нет, мне темный нужен.
В течение пяти минут выясняется, что его жена уже темненькая и ей вовсе не нужно краситься, а еще через секунду узнаем о ее седых волосах. В итоге мужчина решается: берет и рыжую, и темную краску, и, бормоча что-то вроде «пусть сама решает, что ей надо», покупает обе коробочки.
Не успела за ним закрыться дверь – забежал новый человек. Тоже за краской.
– Для мелирования что у вас есть? – мужчина пытается найти помощь у продавцов.
– Вот, вот и вот, – отвечает ему девушка-продавщица, указывая на нужный товар. – Она у вас в какой цвет мелируется?
Выражение торопливой суеты на лице мужчины сменяется абсолютной беспомощностью.
– Не знаю…
– Ну хорошо, а сейчас ее волосы какого цвета?
– Не знаю…
Звонит жене. Кричит в трубку: «Я не понимаю, что тебе нужно! Объясни продавцам!» и ловко сует мне в руки телефон. Оттуда слышится: – Мне нужна краска для мелирования! – на этом интригующем моменте связь обрывается.
И все же мы отправляем этого покупателя домой с нужной коробочкой в руках. И ждем следующих…
13:00 – 16:00
Медленно подкрадывается время обеда. Наконец, захожу на маленькую кухоньку, достаю приготовленную мамой еду и в компании видеокамеры, неотрывно следящей за мной с потолка, методично поглощаю свой обед. Закидываю ноющие ноги на соседний стул. Пять минут отдыха. Шесть часов до конца рабочего дня. В короткий перерыв успеваю выхватить пару строк из «Так говорил Заратустра».
16:00 – 19:00
Несколько спокойных часов. Переставляю бесчисленные коробки, тюбики, баночки. Нужно, чтобы товар смотрелся представительно. Мне нравится это делать. Занятие необременительное. Создается впечатление медитации. Ближе к вечеру в магазин заходят с перебоями – либо никого, либо поток людей. Пока тишина. Только чей-то противный голос выводит бодрую песенку из аудиосистемы.
Раздаются шаркающие шаги. Пожилой мужчина, с трудом переставляя ноги, заходит в зал.
– Дочка, мне бы порошка стирального, – ласково обращается ко мне. Поднимаю голову. Из-под старой шапки выбиваются золотистые (иначе не скажешь) волосы, а грустные глаза сияют голубым светом. Удивительно сказочная внешность.
– Ой, до чего дорого… – говорит он, посмотрев на цены. – Ну, ничего, в следующий раз куплю.
Улыбается и медленно бредет к выходу.
Смотрю на часы – без одной минуты семь. Пора домой.
Сабрина Карабаева