Того немца помнит до сих пор

Боевой путь Алексея Ва­сильевича Малых начался с Кольского полуострова, где он служил с 1940 года в войсках морской пехоты на границе с Финляндией.

В 1942 году здесь была сфор­мирована 92-я морская брига­да, которую в срочном порядке погрузили в эшелон и отправили в Сталинград, где в это время шли ожесточенные бои. За сто километров от пункта назначе­ния эшелон атаковали и под­вергли ожесточенной бомбар­дировке вражеские самолеты. В результате бомбежки и пу­леметного обстрела (на брею­щем полете) почти половина морских пехотинцев погибла, не успев выскочить из вагонов. Старшина Малых и другие уце­левшие младшие и старшие ко­мандиры собрали разбежавших­ся по степи бойцов, похоронили погибших, подобрали раненых и пошли по раскаленной степи в сторону Сталинграда. Каждому бойцу выдали по одной соленой селедке и по одному сухарю – больше продуктов не было, все сгорело во время бомбежки. Сто километров шла бригада в 40-градусную июльскую жару по безводной степи.

В Сталинграде продолжались ожесточенные уличные бои. И после короткого ночного отдыха бригада начала наступление от Волги в сторону тракторного за­вода.

Почти два месяца старшина Малых участвовал в уличных боях. 12 сентября 42-го Алексей Васильевич был ранен в левую ногу и отправлен на барже в го­спиталь города Саратова. А по­сле трех месяцев лечения попал в Москву, где формировался 72-й полк и при нем отдельный лыжный батальон. В него и за­числили старшину Малых.

В конце 42-го года полк от­правился на Волховский фронт защищать Ленинград. Разгру­зили эшелон на станции Си­нявино. Полк окопался между четвертым и пятым поселками. В четвертом стояли в обороне наши войска, в пятом – немец­кая часть. Целую неделю здесь было относительное затишье. Немцы изредка обстреливали наши позиции, наши артилле­ристы – немецкие. Волховский фронт готовился к наступле­нию. Приказа атаковать вра­жеские позиции еще не было, но пьяный капитан Безголовый (назовем его так – настоящую фамилию Алексей Васильевич не помнит) решил получить оче­редную звездочку на погоны и без приказа штаба полка утром поднял лыжный батальон – это двести бойцов – и повел его в атаку. Решил захватить пятый поселок. Немцы же в это время без шума расположились вокруг поселка и пропустили наших по единственной узкой дороге (во­круг – только непроходимые болота). Увидев, что противни­ка нет, наши бойцы начали раз­бирать продукты из немецкого продуктового склада, где были хлеб, тушенка, копченая колба­са, сыр, чай… Но, как известно, бесплатный сыр бывает только в мышеловке. И эта мышеловка захлопнулась. Немцы открыли по батальону ураганный огонь из всех видов оружия. Первый тяжелый снаряд угодил в продо­вольственный склад, где боль­шинство бойцов все еще отова­ривались. Здесь почти все они и погибли – бежали в панике, но спастись удалось не­многим. Из 200 че­ловек в живых оста­лись 12, в том числе Алексей Васильевич и тот капитан. Алек­сею Васильевичу повезло дважды. Он покинул склад за несколько минут до взрыва, а потом, когда бежал, успел прыгнуть в немец­кий бетонный дот. В нем был четырех­ствольный немецкий пулемет, из которого Алексей Васильевич открыл огонь по вражеским по­зициям. А когда израсходовал всю пулеметную ленту, обернул­ся и увидел огромного фашиста пулеметчика, который с подня­тыми вверх руками шел на него. Страх и чувство сохранения сработали мгновенно. Трясу­щейся рукой Алексей Василье­вич нажал на спусковой крючок автомата и выпустил всю обой­му в противника. За годы войны (в уличных боях в Сталинграде и в многочисленных операциях II Белорусского фронта) Алексей Васильевич уничтожил немало вражеских солдат и офицеров, но того расстрелянного в упор пулеметчика помнит и жалеет до сих пор. Немец шел к нему с поднятыми руками, а Алексей Васильевич подумал в первую минуту, что тот собирается заду­шить его. Потом он выскочил из дота и укрылся за углом какой-то постройки. Мимо нее на полном ходу промчался немецкий танк, давивший гусеницами уцелев­ших во время обстрела бойцов батальона. Алексей Васильевич бежал за танком и после того, как тот проехал по пустым око­пам и повернул обратно, ока­зался на своей территории.

За этот «подвиг», т. е. уни­чтожение батальона, его ко­мандира расстреляли перед строем полка. Оставшиеся в живых 12 бойцов с различными ранениями (Алексей Василье­вич – с осколочным ранением в область живота) отправились в госпиталь в город Рыбинск.

После выздоровления Алек­сей Васильевич был зачислен в запасной полк 2-го Бело­русского фронта, участвовал в освобождении Белоруссии и Польши. Третье тяжелое ране­ние в бедро левой ноги от разо­рвавшейся вражеской гранаты и контузию (удар бревном по го­лове) Алексей Васильевич полу­чил при штурме города Кракова. Лечился в полевом госпитале Кракова, после – в Виннице и Житомире. После длительного лечения за месяц до Победы Алексея Васильевича комиссо­вали по ранениям.

За ратные подвиги ветеран войны награжден орденами Отечественной войны, Красной звезды и Боевого красного зна­мени, двумя медалями «За от­вагу»…

Вернулся домой, в Красно­горский район Удмуртии. В 1947 году женился на землячке Ма­рии Федоровне, вместе с кото­рой уехали на Украину, в город Николаев. Здесь построили свой дом, вырастили трех сыновей, прожив с женой в любви и со­гласии 41 год. Мария Федоров­на умерла в 1988 году. Алексей Васильевич приехал в Щелкун к сыну Анатолию (старший сын Геннадий живет в Одессе; млад­ший Александр – в Николаеве). Здесь до выхода на пенсию ра­ботал в заготпункте. Женился на Анне Ильиничне Власовой, с ко­торой живут уже 21 год, также в любви и согласии. Все у них есть, но нет главного – здоровья, чего им и желаю.