Каждый, даже самый грамотный преступник, может оставить после себя следы – от волоса до отпечатка обуви. И если других зацепок нет, вся надежда на тех, чье слово имеет настоящий авторитет для следователей и судий – на экспертов-криминалистов. Именно от их профессиональной работы на месте преступления может зависеть исход дела. Об этом труде, где ювелирная точность сочетается с аналитическим складом ума, рассказала старший эксперт Елена Кутлуярова.
Интересно, что в профессию Елена попала случайно. Работала на Бобровском изоляционном заводе контролером ОТК, окончила Химико-механический техникум по специальности технолог. На заводе дела шли плохо, и женщина решила попытать счастья в милиции, где была стабильная зарплата, льготы на жилье, проезд. Это было десять лет назад. Просто пришла в отдел кадров и поинтересовалась о вакансиях. Предложили стать экспертом. А куда еще с химическим образованием?
Первые два месяца Елена изучала законы, приказы, в общем, всю нормативную базу, необходимую для работы. Чтобы проводить экспертизы, у сотрудника должен быть соответствующий допуск. Первые допуски Е. Кутлуярова получила в Екатеринбурге, на сорокадневных стажировках. Учеба проходила за партой и «в поле». Меньше, чем за год работы, Елена освоила два вида экспертизы – дактилоскопическую (по отпечаткам пальцев) и экспертизу холодного оружия. В Пятигорске год спустя ее научили работать со следами обуви, транспорта, орудий взлома и т.п. (трасологическая экспертиза). На сегодняшний день она сможет также определить подлинность документов (в том числе водительских удостоверений, банкнот) и даже распознать человека по почерку.
– В основном, мы выезжаем на тяжкие и особо тяжкие преступления, – делится Елена Кутлуярова. – Сначала помогаем найти следователю все следы, изъять, упаковать их. Затем, если у нас есть нужные допуски, присылают улики нам.
Задача эксперта – выяснить и представить, как действовал преступник: к чему он мог прикоснуться, где прошел, где мог оставить следы. После того, как эксперт найдет эти следы, надо узнать, кому они принадлежат. Но как? С 2007 года в экспертно-криминалистическом подразделении по обслуживанию Межмуниципального отдела МВД России «Сысертский» введена информационная система «Папилон». Такая активно используется во всех экспертных подразделениях России. В базу вносятся отпечатки пальцев задержанных людей. Сюда же попадают и всевозможные следы, изъятые на месте преступления. Благодаря использованию системы удалось раскрыть не один десяток преступлений, а также были установлены лица: без вести пропавшие, потерявшие память и умышленно скрывающие свои настоящие данные.
– Мы вносим найденные следы, а компьютер ищет совпадения. И если человек уже проходил по каким-то делам, то он попадется и в этот раз. Мы устанавливаем, кто находился на месте, а следователь уже выясняет, что он там делал.
Однако даже самая современная компьютерная программа не дает стопроцентной гарантии. Компьютер предлагает несколько похожих вариантов. Чьи это пальцы и кем оставлен след – решать эксперту. Он не имеет права на ошибку, поэтому его решение крайне ответственно. И ничего лучше лупы и человеческого глаза в этой отрасли пока не придумано. Приходится полагаться на высокое мастерство экспертов-криминалистов.
– В прошлом году был такой случай. В лесу неподалеку от дороги на п. Асбест обнаружили труп мужчины. Судя по всему, он умер сидя, прислонившись к дереву. Можно было подумать, что ему стало плохо. На криминал ничего не указывало. В морге судмедэксперты установили, что причиной смерти стали побои. А кто он такой, как искать преступника? Вот тут и сработала наша база. Погибший был ранее судим, «Папилон» помог определить его личность. Следователи пошли дальше: где он жил, с кем общался, и довольно быстро раскрыли дело.
Интересных случаев в полицейской работе не счесть. Но текучка притупляет восприятие. В памяти остаются лишь первые и самые необычные дела.
– Я запомнила, когда моя наставница Светлана Борисовна Халявкина впервые взяла меня в качестве стажера на место, где произошла квартирная кража. Я снимала с подоконника следы, по которым потом нашли вора. Через несколько лет мы вновь наткнулись на его отпечатки: выйдя из тюрьмы, он взялся за старое и совершил серию краж в Б. Истоке, Арамили, Бобровском, на Мельзаводе. Мы просто шли у него по пятам, и уже знали, кто он, только поймать не могли. Посадили снова.
Работы у экспертов всегда хватает. Пятнадцать заключений на человека в месяц – это, так сказать, производственный план. По факту выходит в два раза больше: в штате трое экспертов, у молодого сотрудника – Петра Лошкарева – пока нет допусков, он только учится. Поэтому вся работа лежит на Елене Кутлуяровой и Владимире Седове. За февраль, например, провели 54 экспертизы.
Рабочее место у таких сотрудников – переходящее. На месте преступления – сбор следов, в рабочем кабинете – оформление документов, в фотолаборатории и мастерской – изучение материалов. Из оборудования, которое необходимо каждый день – лупа, микроскоп прочие инструменты. Но есть и такие, которые редко используются, но, как говорится, метко.
– Ультрафиолетовая лампа выявляет биологические следы. Был вопиющий случай, когда она очень помогла. В Бобровском мужчина потерял свою мать: утверждал, что ее сожитель что-то с ней сделал и сам исчез. Мы осмотрели пустой дом: прибрано, следов борьбы нет. А мужчина настаивает на своем – дело неладное. Мы тоже засомневались. Взяли ультрафиолетовую лампу, просветили полы и обнаружили следы от капель крови. Невооруженным глазом их не было видно – полы были тщательно помыты. Через несколько дней тело женщины обнаружили в водосточной трубе под дорогой. Вскоре нашли и ее сожителя – он повесился в лесу.
Быть экспертом-криминалистом – трудное и ответственное дело. Их работа проходит без погони и стрельбы, но иногда опытный эксперт стоит целой бригады сыщиков. И, наверное, эта ответственность изматывает не меньше. Поэтому хочется после работы отдаться любимому увлечению. Для Елены Кутлуяровой это сад.
– На работе морально устанешь, в саду физически потрудишься – и такое удовлетворение! – говорит она.
Елена очень любит заниматься землей – не ради богатого урожая, а для удовольствия. Считает, что земля забирает отрицательную энергию. Здорово, когда у человека есть свой личный антидепрессант, есть куда выплеснуть негатив. Ведь в любой работе, а особенно когда она связана с раскрытием преступлений, его немало.
Юлия Воротникова.
Фото автора.