Кажется, Александру Антропову было на роду написано стать кузнецом. Ярким представителем этой профессии был его дядя Федор Преснецов, в 14 лет начавший свою карьеру с молотобойца (помощник кузнеца). Кузнечным ремеслом занимался и родственник со стороны отца – он ковал оружейные стволы. Конечно, в детстве Александр тоже хотел стать кузнецом. Но мало ли о чем мы мечтаем в детстве. После службы в армии Александр выучился на сварщика. Трудился на Бобровском изоляционном заводе и уже и не думал менять профессию. Но, как говорится, от судьбы не уйдешь. Заводской кузнец Василий Васильевич Прибавкин собрался на заслуженный отдых. Заменить его оказалось некем, и Александру предложили освоить новую профессию. На обучение новичка Василию Васильевичу дали три месяца. Молотобойцем здесь, как когда-то дяде, становиться не было нужды – его заменяет механический молот. Василий Васильевич научил Александра многому, но основной своей школой он считает старых кузнецов и, в первую очередь, дядю Федора Преснецова.
На БИЗе работа кузнеца имела узкую направленность – Александр делал заготовки для токарных и фрезерных станков. Не таким однообразным и более творческим стал его труд в Кадниковском совхозе, куда он перешел с завода. Здесь и для производства больше разных заказов было, и население поселка имело возможность со своими просьбами и проблемами обратиться.
Сейчас завод в кузнеце не нуждается. Кадниковский совхоз тоже давно распался , и Александр работал в ООО «Овита», а после ухода на заслуженный отдых в декабре 2014-го занимается только художественной ковкой. Дома работать негде, Александр живет в квартире, поэтому трудится на старом месте – арендует кузницу в ООО «Овита». Первой его творческой работой был когда-то подсвечник, а в настоящее время он может сделать практически любую вещь: перила для лестницы, входную группу, решетки, мелкие скульптуры, художественно оформить печь, камин, мангал… И даже топор и колун смастерить. Оказывается, только кузнец и может сделать. И стоит этот топор недешево – 10-15 тысяч рублей. В магазинах таких изделий не найдешь. Иногда подобные топоры заказывают плотники, занимающиеся ручной рубкой. Несколько топоров Александр изготовил для питерских плотников, еще несколько – на север, в Югорск.
– Этому меня, как и изготовлению других плотницких инструментов, старые кузнецы учили, которых давно уже в живых нет, – подчеркивает Александр, – они и вилы, и грабли ковали. Сейчас таких изделий давно уже нет. Ручная работа обесценилась, ковку с успехом заменяет штамповка. А где-то просто штампованный китайский прокат за кованые изделия выдают. Его легче сделать, быстрее, и себестоимость другая. Поэтому и престиж нашей профессии падает. Тем более, что прежде чем научиться художественной ковке, нужно узнать все основы ремесла, лет 12-15 в профессии проработать, только тогда поймешь, что можешь что-то и можешь настоящим кузнецом называться.
Александр имеет полное право так говорить – в этом, наступающем году, он отмечает 30-летие кузнечного стажа.
В декабре 2014-го Александр возил мелкие скульптуры на выставку кузнечных работ в город Полевской. Ее организовывал музей П. П. Бажова, мечтающий о возрождении старых ремесел. А кузнец, как известно, всем ремеслам отец.
Где сегодня можно увидеть работы Александра Александровича? В санатории «Обуховский» стоят изготовленные им рыцари, на центральных воротах санатория красуются две лошадки. Около входа в храм архангела Михаила в Бобровском стоит большой поклонный крест. Многие прихожане до сих пор думают, что он – деревянный. Но крест ковал Александр. Сначала сделал маленький крест для храма, потом – этот. В проекте – еще один большой поклонный крест, уже для восстанавливаемого храма. И ворота для него.
– Для ворот делаю небольшие наработки, пока для себя, – говорит Александр. – Хорошо, если бы храму помогал художник или архитектор, который нарисовал бы эти ворота. Но пока такого нет, думаю над эскизом сам. Какие еще планы? Пока никаких. Только что вышел на пенсию. Надо остановиться, подумать, выносить что-то в себе. А там видно будет.
Л. Рудакова