Ирония судьбы по-сысертски, или Новогодняя история с уголовным финалом

Новогодняя ночь. Каждый стремится сделать ее незабываемой. Вот и молодая семья Теткиных, поздравив родителей и «подкинув» грудного ребенка теще, отправилась к друзьям, в веселую компанию. Это было уже после полуночи.

Одну дорогу по Сысерти, от Поварни до центра, за рулем был Костя. Обратно Лена возвращалась раньше, часа в четыре, и села за руль сама. Она торопилась к ребенку, а Костя должен был приехать утром на такси.

Около семи утра 26-летний Константин тоже отправился домой. И только тут обнаружил, что ключи от квартиры тоже забрала жена. Надо ловить такси и ехать к теще.

Как назло, город уже спал после волшебной новогодней ночи. Не было на традиционной стоянке в центре машин. А на улице – не май месяц! – холодно.

Увидев возле Орджоникидзе, 52 серебристую «Жигули» 14 модели, Костя обрадовался: такси. Он не заметил на радостях и в потемках, что на крыше авто не шашечки, а проблестковый маяк.

Это был автомобиль вневедомственной охраны милиции. Старшина милиции Олег Левчук и милиционер-водитель Алексей Кузнецов новогоднюю ночь проводили на боевом дежурстве. Под утро сработала сигнализация в одном из магазинов. И вооруженный наряд выехал на место происшествия.

Олег вышел для осмотра магазина, Алексей остался за рулем. В это время появился Костя, увидел «такси»… и довольный сел в милицейский автомобиль.

Это произошло 1 января между 7 и 8 часами утра.

Спустя три часа.

Лена по звонку примчалась в милицию. Забрала мужа… в ссадинах и кровоподтеках.

После полудня молодежь встречала гостью. Татьяна Владимировна Теткина пришла в ужас, увидев сына. И она настояла на его визите в больницу.

В справке, выданной Константину 1 января, значится диагноз: «Ушибы затылочной области головы, параорбитальная гематома справа, ушибы обеих кистей, коленных суставов».

Оказанная помощь: осмотр.

Рекомендовано наблюдение у хирурга в поликлинике.

В связи с новогодними каникулами, 2 января, к хирургу обратились в частную клинику в Екатеринбурге.

Доктор после осмотра написал следующий диагноз:

«Сдавление мягких тканей, ссадины в области обоих лучезапястных суставов. Ушибы, гематомы волосистой части головы, лица, области обоих коленных суставов. Ссадины слизистой верхней и нижней губы, языка».

В связи с травмой мужчина находился на больничном до 16 января.

1 января в 16 часов Татьяна Владимировна Теткина подала заявление в милицию. В нем, в частности, говорится: «Я требую и буду добиваться наказания тех сотрудников, которые применили к моему сыну физическую расправу, при надетых наручниках. Хочу добавить, что даже при доставке в отделение милиции избиение было продолжено».

Это заявление провалилось в «бермудский треугольник». Заявительница несколько раз ходила в милицию и прокуратуру, прежде чем оно нашлось.

Согласно ответу прокурора А. Ю. Петрова, заявление, поданное Т. В. Теткиной 1 января, поступило в Верхнепышминский межрайонный следственный отдел при прокуратуре лишь 18 января. Нет, письмо не каталось из Сысерти в Верхнюю Пышму. На самом деле следователи Верхнепышминского отдела работают в соседнем с Сысертским ОВД здании, по улице Коммуны.

18 января заявление матери приобщено к материалам проверки, а уже 27 января следователь А. П. Мангилев принял решение об отказе в возбуждении уголовного дела «в виду отсутствия в действиях сотрудников ОВО ОВД по Сысертскому ГО признаков состава преступления».

Заявительница утверждает, что узнала об этом решении лишь 15 марта. Следователь настаивает, что 15 марта выдал повторное уведомление.

17 марта Татьяна Владимировна подает жалобу Сысертскому межрайонному прокурору А. Ю. Петрову. Она не согласна, в частности, с тем, что «работники охраны вполне могут избивать людей до состояния нетрудоспособности и не нести за это ответственности».

Впрочем, в марте эта история приобрела совсем иной оборот.

2 марта следователь А. П. Мангилев вынес постановление о привлечении Константина Теткина в качестве обвиняемого. Ему предъявляется обвинение по ч. 1 ст. 318 и ст. 319 Уголовного кодекса РФ.*

Из обвинительного постановления:

«Сев в служебный автомобиль Теткин потребовал отвезти себя домой, и на требование милиционера–водителя Кузнецова А. В.  выйти,  умышленно, с целью  причинения вреда здоровью, осознавая, что перед ним находится сотрудник милиции при исполнении должностных обязанностей, нанес не менее одного удара кулаком в область лица Кузнецова А. В., причинив ему своими преступными действиями телесные повреждения в виде ушибленной раны левой губы. После чего Теткин К. В. схватился за форменную куртку Кузнецова А. В., при этом оторвал наплечный погон, частично повредил наплечный шеврон, и нанес не менее 10 ударов в область головы и тела Кузнецова А. В., причинив ему своими действиями физическую боль. В это время Левчук О. С., увидев происходящее в служебном автомобиле, открыл дверь переднего пассажирского сидения, и попытался вытащить Теткина К. В. из автомобиля на улицу. Теткин К. В., не желая покидать служебный автомобиль, умышленно, с целью причинения вреда здоровью, осознавая, что перед ним находятся сотрудники милиции при исполнении должностях обязанностей, нанес не менее 2 ударов в область груди Кузнецова А. В., причинив ему своими действиями физическую боль, и нанес не менее  5 ударов в область груди и живота Левчука О. С., причинив ему своими действиями физическую боль.   После чего Теткин К. В. был задержан…»

Нехорошо получается: простой трудяга с гидромаша голыми руками, «отмутузил» двух вооруженных сотрудников милиции.

Накануне публикации я встретилась со следователем А. П. Мангилевым.

– Артем Павлович, не считаете ли вы, что расследованием дел, стороной в которых являются сотрудники правоохранительных органов, во избежание предвзятости должна заниматься какая–то независимая структура?

– Мы и есть независимая. Следственный отдел специально выведен из состава прокуратуры. И с милицией мы никак не связаны. Есть факты, когда возбуждаются уголовные дела и ведется следствие в отношении сотрудников милиции. Но это – не тот случай. Тут вина человека доказана, в частности, независимыми свидетельскими показаниями.

– В обвинительном заключении вы ссылаетесь на заключение эксперта, о том, что одному из сотрудников милиции Константин нанес ушибленную рану левой губы. Это экспертное заключение делалось тоже 1 января? 

– Нет, оно сделано экспертом позже, по медицинским документам.

– А почему к материалам дела не приобщено медицинское освидетельствование Теткина?

– Потому что я уже рассматривал эти материалы, когда проводил проверку по жалобе Теткиной. И по тому заявлению не было оснований возбуждать уголовное дело.

Дело в отношении Константина передано в Сысертский суд.

P. S. Европейская конвенция по правам человека и Европейский суд по правам человека придерживаются позиции: если гражданин ограничен в свободе (к примеру, задержан) то все, что с ним произошло, на совести государства (милиции). Государство отвечает уже за то, что у задержанного появились царапины, не говоря о большем. Вне зависимости от того, что гражданин наговорил, и привлекли ли его к ответственности.

*ч.1 ст.318 (применение насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителей власти)

ст.319 УК РФ (публичное оскорбление представителя власти при исполнении им должностных обязанностей).