Примирит ли поколения забота об общем доме?

«Дом, в котором мы живем»… Так называлась зарисовка М. Гвоздюкевича, вышедшая в июне 1981 года. Автор размышляет о том, как важно хранить то, что неизменно окружает нас каждый день – наш дом. «Дом, в котором мы живем, – пишет корреспондент. – Это и двор, в котором мы отдыхаем, в котором играют наши дети. И улица, по которой мы ходим и ездим. Все, что нас окружает в нашей повседневной жизни, – это дело наших рук, мы создали его своим трудом».
Тридцать лет спустя мы предлагаем вам пройти по следам Моисея Семеновича Гвоздюкевича и посмотреть, как за эти десятилетия изменился наш общий дом.
«На лицевой стороне дома N45 по улице Коммуны прикреплена скромная дощечка, на которой написано: «Дом образцового быта». Дом – как дом. Такой же, как и остальные три с половиной десятка, что стоят по соседству… Но если подойти к нему поближе – увидишь и другое отличие. Вокруг буйно разрослись кусты и деревца. Во дворе – красиво оформленный и тщательно ухоженный скверик-цветник.
Если пройти по улицам и другим дворам этого микрорайона, увидишь и другие дома и дворы, где чувствуются заботливые и любящие руки. Государство дало людям прекрасное благоустроенное жилье и сказало: берегите его, это ваше. И они берегут».
Что же сегодня? Сумели ли бережливые руки сохранить первозданную идиллию? Действительно, палисадники полны цветов. Разноцветных, пышных. Видно, что по-прежнему эта красота под окнами кому-то небезразлична. Но, к сожалению, дом образцово-показательным уже не назовешь – поизносился он за десятки лет, и заботливые руки неравнодушных жильцов не спасли.
Идем дальше. Дом по Р. Люксембург, 60. «Вот какое начало было в этом доме. Через несколько дней после заселения в одном из подъездов оказалось разбитым стекло входной двери. Пришлось забить дыру фанерой. И уже вид не тот. И на лестнице внизу темно. Начало было положено. И в других подъездах потом стекла оказались выбитыми. Теперь на лестницах можно увидеть и мусор, и окурки, не всегда чистые половички у дверей квартир…».
Недаром абсолютно всем многоквартирным домам в Сысерти пришлось отказаться от подъездных дверей со стеклянной вставкой. Ведь хрупкий элемент слишком быстро повсеместно превратился в осколки. Сегодня проемы над этими дверями, озарявшие дневным светом площадку между первым и вторым этажами, тоже заколочены досками. Вероятно, еще тех, восьмидесятых годов.
«Какие красивые были входные двери в подъездах дома N46 по ул. Орджоникидзе. А теперь?» – сокрушается автор в 1981-м. Теперь – 2011 год. Двери – железные, с домофоном. От старых деревянных, изрядно попорченных не осталось и следа. Хотя и новые недолго оставались нетронутыми.
Старшая по дому Тамара Петровна Анохина рассказывает, что за всю 45-летнюю историю пятиэтажки дверь, например, второго подъезда меняли трижды. За счет жильцов. Благо, соседи авторитет «домкома» чтут.  исциплина и уважение к должности сохранились с советских времен.
«Не так давно заселили дом N6 по переулку Химиков. Красивый дом с широкими лоджиями. И недавно с одной из лоджий молодая женщина выплескивает во двор помои». Сегодня, проходя с тыльной стороны дома, нельзя не заметить усыпанную окурками лужайку. Зимой и летом они прилетают сюда с тех самых просторных лоджий. В таком просторе хозяева, видимо, не находят места крохотной пепельнице. А может, они не находят место совести.
Размышляет Гвоздюкевич о хулиганах, которые «калечат» почтовые ящики, кусты и дорожные знаки. Уличает молодежь: даром, мол, им все досталось, вот и не берегут, не ценят. Но тут же оправдывает поколение: виноваты родители, что «такого старательного, такого силача не воспитали человеком».
Кто она, эта шальная молодежь начала 80-х? А ведь это поколение уже наших родителей. В то время молодых и, несомненно, – не менее безбашенных, чем мы. Казалось бы, если они не хранили дарованный государством уют, созданный на народные деньги в 60-х, 70-х, 80-х годах, что уж говорить о сегодняшних молодых, для которых эти годы – словно незапамятные времена… Всего тридцать лет спустя кажется поистине невероятным, что жилье можно было получить просто за усердную работу на предприятии, за то, что ты – советский гражданин. Оттого у львиной доли молодежи 21-го столетия два выхода, и оба зависят от воспитанного в каждом отдельном человеке чувства сознательности. Либо уважать, оберегать и заботиться, либо крушить, топтать и уничтожать то, что нами не заработано, а выстрадано, пропитано потом и кровью наших прародителей.
И сквозь десятилетия, пережив несколько поколений, «Маяк» продолжает примирять два непонимающих друг друга мира – молодых и взрослых – в заботе о доме, в котором мы живем. Доме под названием Сысерть.
Юлия Воротникова